Кончилось казачье время

Тума — ребёнок, рождённый в браке русского с женщиной другой этнической группы. Отсюда и название романа, ведь Разин вырос в такой семье: мать — то ли турчанка, то ли татарка. О его жизни, точнее, об одной части, и рассказывает Прилепин в книге. Поначалу кажется, что это история казацкого города Черкасска XVII века, где есть свои герои и враги. Многостраничные эпизоды домашней жизни персонажа наполняют описанное человечностью. Только вот за стенами проливается кровь, и она окрашивает этот роман в самый красный цвет, какой только может быть.

Степан Разин здесь — ещё не тот человек, который возглавил восстание. Это полиглот, понимающий чуть ли не каждого серба, татара, грека и других. Это казак, которого постоянно ранят, а он каждый раз чудом выживает. В какой-то момент Разин предстаёт влюблённый, хотя именно так его никто не называет. Каким Степан был на самом деле, в романе и не передашь: художественное произведение от настоящей истории часто отходит.

Роман появился не из желания рассказать, как всё было на самом деле. Прилепин, по его словам, этой темой «заболел» давно, ещё мальчиком. Видимо, все эти годы копил слова, которые в итоге обрушиваются на читателя со страниц. Это касается описаний природы, которые, по мнению публициста Бориса Куприянова, «бесцветные и многочисленные», «совершенно невозможные для человека XVII века». Подобное можно сказать и о долгих подробных разговорах героев.

При этом нельзя не восхититься непривычными описаниями в некоторых моментах. Эпизод половодья, когда «весь Черкасск был полон небом», будто бы захлёстывает и читателя. Природа в романе — старый мир, за которым следишь, временами не веришь, но удивляешься ему. Детали, окружающие Степана, пленяют, но одновременно стопорят чтение. Фразы часто обрывистые и скупые. Короткие, как и жизни некоторых героев.

Особое внимание уделяется диалогам. История говорит с читателем на разных и неизвестных ему языках. По словам Прилепина, в работе над «Тумой» ему помогали специалисты: историки и филологи. Описывая Разина, как «дипломата, посла, переговорщика», автор показывает умение казака понимать каждого и отвечать людям на их языке. Только непонятно, почему польские или татарские слова в книге пишутся русскими буквами. Сделано ради читателя, чтобы он, проговорив фразы, мог оказаться в том времени?

Есть и ещё один язык в этом мире — боли. Пока читаешь «Туму», кажется, будто тебя окружила безысходность, которую изредка прерывают сцены настоящего счастья и смирения с происходящим. Однако чаще всего мир погружен в страдания. В итоге получается печальная летопись. Если женщин в том мире воспринимают только как тело, без чувств, настоящего, прошлого и будущего, то мужчины — просто расходная сила. Время жестокое, люди привыкли к смерти, или сама жизнь такая? «И жалости к ним никто не ведал», — будто эти слова в книге в какой-то мере объясняют описываемое.

Когда начинаешь роман, нужно быть готовым к тому, что дети тут «играют в пыточную», герои изнывают в предсмертной лихорадке, пока болят сломанные рёбра и не видят опухшие глаза. Всё это должно внушать страх, но автор будто специально даёт описания, которые большинству могут показаться кошмарными. В одной из глав герой считает, что любую рану можно залечить травами. Так, видимо, думает и Прилепин: всё проходит. Даже страх умереть.

«У нас, братцы, было на Дону», — название песни из альбома «Есть на Волге утёс», который Прилепин подготовил вместе с разными исполнителями к публикации книги. Роман — ещё один вариант прошлого: что могло происходить на бесконечных территориях, где жили свободные люди. В песнях мир звучит радостней, чем в романе. Возможно, в будущем поставят мюзикл по этой истории. Только неизвестно, каким получится спектакль, ведь конец Степана Разина нам знаком. А пока у казака во вселенной Прилепина вся жизнь впереди.